Демко Многогрешный — казацкий полководец

О происхождении и начало казачество Демка Многогрешного нет сведений. Как «мужичьего сына» его не уважали современники. В казацком реестре 1649 года он записан в чине военного есаула. В декабре 1650 Демко вместе с брацлавским полковником Нечаем подал в киевскую городская книги королевскую грамоту, подтверждали статьи Зборовской соглашения. 1651 перед Берестецкой битвы Иван Богун послал в погоню за поляками, которые отступали из Каменца, отряд казаков под руководством Многогрешного, но под Купчинцы он потерпел поражение. Аж 1668 видим Многогрешного чигиринским полковником. В том же году, в начале января, Брюховецкий на казацкой раде в Глухове вместе с левобережной старшиной приняли порвать с Москвой, прогнать воевод и поддаться турецкому султану. Считают, что Многогрешный был на этом совете уже как черниговский полковник и тоже присягал против Москвы. Из большинства левобережных городов выгнали воевод. В Чернигове «город» (неукрепленные часть) был опустошен и сожжен, но замок, где укрылся воевода с русским гарнизоном, целое лето безуспешно получали казаки и крестьянство. Однако Многогрешный недолго придерживался присяги. Весной этого же года князь Ромодановский с войском осадил Котельную. После этого казаки, оставив Брюховецкого, связались с Дорошенко, приглашая его гетманом Левобережной Украины. Многогрешный был одним из первых полковников, которые отступили от Брюховецкого, связались с Дорошенко, приглашая его гетманом Левобережной Украины. Став 1668 гетманом обоих берегов Днепра, Дорошенко избавил котелевцив от осады, прогнал Ромодановского и остальные воевод. Вскоре к Путивля пришла к гетману весть, и, он, оставив наказным гетманом Многогрешного и приказав ему что-либо изгнать воевод из Переяслава, Нежина и Чернигова, сам вернулся в Чигирин. Дорошенко и не подозревал, что Многогрешный тайно способствует Москве, ожидая случаю открыто встать на ее сторону. Воспользовавшись распрями на Левобережье, которые зажег главарь запорожцев Суховей с татарами, Многогрешный, как наказной гетман, связался с Ромодановским. Под зиму запорожцы и казаки разошлись по домам, и Многогрешный нескрываемое склонился в Москву, отпустив тех русских воевод, которых держали под охраной в Борзне, Сосницы и Погаре. Он получил покровительство Черниговского архиепископа Лазаря Барановича, имевший большой авторитет на Украине, а также в Москве и в Шереметева. Однако Многогрешного пришлось просить у царя разрешения учредить выборную совет, чтобы в украинских городах были ликвидированы отвратительные для всего народа воеводы. Но эти просьбы Россия отвергла и этот раз. Наказной гетман Многогрешный мечтал стать полноправным гетманом Левобережной Украины. После отступления Суховия, в конце 1668 года, наказной созвал преимущественно из наемных шляхтичей надежные отряды войска и под видом совета собрал в Новгород-Северского верных себе полковников, которые, будучи запертыми во дворе, согласились, чтобы Многогрешный стал гетманом Левобережья. По словам летописца, по казацкому обычаю Многогрешный долго отказывался от булавы, «как старая девка от хорошего жениха». Наконец, от имени всей старшины он присягнул на верность Москве. Тогда вернулись оттуда Максаковского иигумен Ширкович и обозный Петр Забила, которых посылала прошлом году старшина просить у царя прощения за измену Брюховецкого. Послы привезли грамоту прощение и разрешение избрать нового гетмана, потому Дорошенко, как гетман Правобережья по Андрусовскому соглашением 1667 года, которая разделила Украину между Польшей и Россией, не мог слушать двух хозяев.

С марта 1669 в Глухове генеральный совет снова выбрала гетманом Демьяна Многогрешного, и он присягнул на верность царю. Здесь в присутствии Ромодановского и других московских чинов, а также Лазаря Барановича приняты новые договорные статьи, которые в основном повторяли соглашение Хмельницкого, но в них были внесены изменения, ограничивавшие далее украинскую автономию. Вскоре пришла от царя утверждающая грамота, а в знак прощения измены и выходок отпущены домой 258 пленных казаков.

Узнав о выборах Многогрешного гетманом, Дорошенко не хотел мириться с «умаленем своего рейменту». Сразу же он отправил часть своего войска на левый берег Днепра, наклоняя народ под свою булаву. Демко тоже выслал против него компанейские и городовые полки под руководством наказного гетмана Стриевського, который в битве под рогинцы разбил отряды Дорошенко. Но войны-а затянулась и продолжалась с переменным успехом до середины сентября, пока Дорошенко не отозвал свое войско, которое все-таки успело привлечь под его булаву всю Лубенщине и часть соседних полков. После того Многогрешный более года подчинял себе Левобережья, и 1670 ему это удалось. Летописец рассказывает, как мало казацкие вожди заботились о благосостоянии народа, когда дело касалось булавы. Между тем Многогрешный послал туда компанейский полк под руководством Кияшко, который «нечеловечески и по-Тиранский вырубал людей», выезжавших из сел и городов за припасами.

Покорено силой населения неприязненно относилось к Многогрешного, что будучи не уверен в своей личной безопасности, захотел поменять столицу. Московское правительство указал ему на Батурин, куда для личной охраны прислал отряд стрелков. С тех пор гетманы имеют у себя российских охранников, которых удерживали свой счет, а те следили за их действиями.

С тех пор начинается активная кампания доносов в Москву. В апреле 1669 генеральный судья Самойлович вместе с челобитной привез донос на Дорошенко: якобы тот поддался турецкому султану и ругал московского царя. Были присланы даже статьи соглашения с султаном, оригинальность которых сомнительна, но интересна тем, что люди мечтали о политической автономии Украины.

Многогрешный угождал и льстил к российским наместников Ромодановского и Шереметева и добился своего. Вместе гетман требовал, чтобы были определены границы с Польшей и хотел присоединить к Украине приграничный город Гомель, чего желали его жители, испытывая притеснения от поляков. Это предложение было отклонено боярской думой. Тогда гетман самовольно взял Гомель под свою защиту.

Между тем Многогрешный налаживает отношения с Дорошенко, о которых старшина сразу донесла Москве. Когда 1671 польский полковник Пиво грабил пригорода Киева, то Многогрешный позволил своим казакам переходить к Дорошенко и защищать город. В начале февраля 1672 гетман открыто заявил московским послам, что он переписывается с Дорошенко и навсегда с ним смирился, потому что тот уже не претендует на Левобережье и наказал татар за опустошение этого края. Многогрешный хотел, чтобы царь принял Дорошенко под свою руку. Этим воспользовались враги гетмана, казацкая старшина, которая не могла простить ему насилия во время выборов его гетманом, ее раздражала зажигательная неуемная натура Демка, его злоупотребления властью, бесконтрольность суда, под видом которого он совершал жестокости, пил, бил старшину, без суда сбрасывал с должностей, лишал чинов, а на их место назначал родственников и друзей. Так, 1671 году он забрал чин у полтавского полковника Думитрашко Райч, передав полк бунчужному Стриевському, снял с правительства стародубского полковника Рославця, а на его место взял родственника Шумейко;

Черниговский полк отдал брату Василию т.д. Почувствовав недовольство старшины, гетман стал очень подозрительный, запретил старшине вступать в отношения с россиянами. Доносы еще больше усилились, от чего пострадала Украина. Еще 1671 Ханенко доносил, что якобы он вместе с Дорошенко думает поддаться султану; далее поток доносов от начальника стрелков Неелова, от старшины: генерального обозного Петра Забелы, военных судей Самойловича и Домонтовича, полковника Думитрашко Райч, генерального писаря Мокриевського. Они обвиняли гетмана в самоуправстве над семьей киевского полковника Константина Солонины т.п., что пьет за здоровье Дорошенко еще других заставляет пить, помогает ему деньгами, хочет женить своего племянника Михаила с дочерью Дорошенко, резко высказывается против царя. Гетман убеждал старшину, будто царь требует прибыть ей в Москву, чтобы оттуда удобнее сослать в Сибирь. Гетман грозился побить царских чиновников в Батурине и в других городах. Так, в Москве возникло подозрение, когда гетман угрожал подьячему восстанием, если царь отдаст Киев полякам. Перед другим послом Танеева гетман возмущался, что украинских послов не допустили в Москве на совещание с польской стороной, когда решались дела Украины Царь помогал полякам деньгами, чтобы нанять войско, которое будет бороться с Дорошенко. Многогрешный обещал ограбить поляков, которые будут возвращаться из Москвы, с деньгами и поддаться с Левобережьем султану. Все эти факты донесли в Москву вместе с предложением старшины схватить гетмана и отнести его к царю, на что российский ур ^ д и согласился.

Ночью с 12 на 13 марта старшина Петр Забила, Домонтович, Самойлович, Карп Мокриевич, Думитрашко Райча, бывший стародубский полковник Рославец, наказной нежинский Уманец вместе с отрядом стрельцов схватили сонного гетмана, связали и увезли с Ба-Турина в Москву. Операция прошла тихо, спешке, никто следующим утром и не знал, что случилось, и «победоносное войско» было бессильно чем-то помочь. Друзья Многогрешного сразу спешили в Москву с доносами, чтобы защитить себя от опасности, потому что по русскому обычаю преследовали и наказывали также товарищей и родственников.

Царь дал немедленно грамоту, что руководить Ливобереж жям имеет верная царю старшина: Забила, Самойлович и Домонтович. В середине апреля начался суд над Многогрешным. Обвинению были доносы. Гетман сначала все отрицал, поясняя, что он простой человек, не действовал против России ничего худого. Но под пытками признал свои связи с Дорошенко, хотя возражал измену и все обвинения, утверждая, что действовал в одиночку, без сообщников. К суду привлекались еще и брат Василий, генеральный есаул Грабович и Матвей Рвинтивка, который отрекся от гетмана, потому что сам торопился с доносом. Другие оправдывали гетмана. По старинному казацкому обычаю военный суд в Батурине было судить Демка и старшину. Царь предлагал так и поступить, но старшина боялась народ | них беспорядков, и его судили в Москве. Народ был не удовлетворен таким самоуправством старшины, о чем свидетельствует князь Ромодановский в своей записке. Узнав о несчастье Многогрешного, Дорошенко писал киевскому воеводе, что в характере его связей с наказанным не было ничего предосудительного, говорилось только о мирных взаимоотношениях между двумя частями Украины, что вело скорее к славе, чем до бесчестия царя. Это письмо только по-вредил гетману. Многогрешный и его брат были осуждены на горло, но перед заключением на площадь принесли указ о помиловании и ссылка на вечную каторгу в Сибирь вместе с семьей и другими жертвами. Согласно царской милостью гетману дали 15 рублей, Василию — 10 рублей, остальным — по 5 руб. на дорогу, позволили взять с собой гилькы самые необходимые вещи. Небольшое имущество гетмана приказано потратить на незавершенной строения церквей. В Москву прислали жену, двоих сыновей и дочь, племянника Михаила и двух работниц. Всех отправили в Тобольск, а затем перечислены на казачью службу и разослан в разные места. Гетман попал в Селенгинского, где его записали в «боярских детей». Жил он в ссылке довольно долго. 1688 вместе с сыном Петром укрощал восстание восточных бурят. Дальше его следует теряться: о потомках-мужчин ничего не известно, а дети дочери в Селенгинского встречаются еще в середине XVIII века.