Конституционализм и свобода прессы

Свобода прессы считается одной из основных конституционных свобод. Наиболее важной предпосылкой существования свободы прессы и других политических свобод является именно конституционализм, потому что "регулирование основ журналистики правом осуществляется через конституционные нормы" [1]. Конституцийни гарантии свободы прессы является неотъемлемым признаком демократической системы СМИ.

Еще в Конституции Украины гетмана Пилипа Орлика (1710) [2], которая была одной из первых в Европе, свобода рассматривается как наивысшая ценность. Акцент в этом документе сделан именно на защите прав и вольностей народа (войска Запорожского) [3], демократических традиций украинского казачества, хотя отдельно о свободе слова или печати тут не идет.

М. Драгоманов рассматривал свободу слова как одну из обязательных конституционных норм, причем сделал весомый личный вклад в реализацию этого принципа "как деятельный участник и борец за те формы жизни, которые считал единственно разумные и справедливые" [4]. Стремясь, по словам профессора Р. Иванченко [5], помочь освободительному движению найти пра-вильно теорию построения демократического обществом-ва, Драгоманов разработал в 80-х годах XIX века федеральную конституцию, в проекте которого упор делается именно на свободу слова, другие демократические свободы и их гарантии.

Параграф 17 Конституции Украинской Народной Республики (1918) провозглашал, что "гражданин УНР и никто другой на территории ее не может быть ограничен в правах слова, печати ..." [6]. Однако раздел VIII этого документа предусматривал: "В случае государственной конечности (во время войны или внутренних беспорядков) могут гражданские свободы быть часто ограничены, часто прекращены ... Которые граж-кий свободы и в какой степени должны быть тогда при-пинен, должно означать специальный закон, изданный обычным порядком "[7].

В Конституциях европейских стран свобода слова и прессы отразилась под влиянием Великой Французской революции [8], которая создала совершенно новую духовную атмосферу в мире [9]. Статья XI Декларации прав и гражданина, принимают-поднятой во времена Французской революции, прог-лошувала, что свободный обмен мнениями является одним из ценнейших прав человека, и любой гражданин может свободно го-Однако, если говорить, писать, печатать, кроме случаев зло-вжы -вание этой свободой, пред-виденных законом [10]. Тогда это было в действительности "учи-жаючим завоеванием: смелый проявление этого нового духа нарушал уста-лений порядок вещей во всей Европе" [11].

Сейчас Французская Конституционная Рада (Conceil constitutionel) признает свободу прессы одной из ос-новных гарантий всех прав и свобод, рассматривая эту свободу как право не только тех, кто пишет, рэда-гуе и выдает, но и тех, кто читает [12].

В США свободу прессы защищает Первая по-правка Конституции этой страны: "Этот коротенький предписание течение двух веков оставался для менно-риканская прессы маяком и щитом, хоть его и не было отчеканено на века. Почти ежедневно он проходит испытания в судах, на улицах, в ко коридора власти "[13]. Первая поправка, фак-тически Видок-ремила прессу от государства [14], пред-дусматривающая, что "Конгресс не должен принимать законы, которые ... ограничивали бы свободу слова или прессы" [15]. Первую поправку называют поправкой тысячелетия, не высшим достижением человечества (символично и то, что она первая): "У поправку вложено розу-мение огромной ценности свободы слова ... Первая по-правка к Конституции США стала для ор-не-специализированная прессы лицензией на самоопределение как свое-родной институт, она дарила прессе гигантскую вла-ду ... Ни духовенство, ни адвокаты, ни медицина, ни уни-университет не могут даже претендовать на такую свободу действий и поступков "[16]. Уникальное право на свободных ный проявление охраняется в США "пожалуй, больше любой другой право" [17] и закрепляет при-ве-лейо-ване положение прессы в этой стране. Ограничения сво-боди прессы рассматривается здесь как нарушение зба-лансованости конституционного меха-ленинизма [18]. Но Первая поправка к Конституции должна существенный недостаток: она не содержит определения свободы слова и прессы.

Формулировки относительно свободы слова в Кон-ституции Украины также далеко не совершенными и не безупречными. Конституция Украины определяет поле-политико-правовое содержание свободы слова. В статьи 34 Основ-Основного Закона записано, что каждому га-ран-туеться право на свободу мысли и слова, на свободное вира-ния своих взглядов и убеждений, что каждый имеет право свободно собирать, хранить, использо-вать и рас-рюваты информацию устно, пись-мово или в ин-шей способ — на свой выбор [19].

Конституционные гарантии свободы слова в Украине ба-зуються на соответствующих нормах международного пра-ва, представляют собой их своеобразное логическое продол-ния. Зафиксированы в Конституции Украины принципы, нормы и положения относительно прав на свободу слова в целом отвечают обще-принятым международному право-ным стандартам, международным конвенции-циям по правам и свободам человека.

Однако эксперты отмечают, что второй час-Тиной статьи 34 Конституции Украины установлены ограничения на осуществление этих прав на основании отдельного-моему закона. Эти ограничения изложены в общем виде, не имеют конкретного содержания. А значит, мо-гут быть использованы с целью нарушения консти-туцийних прав граждан [20]. Так, осуществление права на свободу дум-ки, слова и информации, согласно Конституции Ук-раины, может быть ограничено в интере-ресах национальной безопасности, территориальной цилис-ности или общественного порядка с целью предохранительный-беганье беспорядков или зло-чинам, для охо-раны здоровья населения, для защиты репутации или прав других людей, предотвращения рас-голошенню полученной конфиденциально информации, или для под-держания авторитета и беспристрастности право-судья.

Такая неопределенность в законодательстве может приз-водить, и как показывает практика, нередко приз-водит к тому, что публикация в СМИ (даже до-статньо об-грун-закаленное) о коррумпированности отдельных пред-ставителей государственной власти может рас-глядатися как угроза национальной безопасности, или как такая, что подрывает авто-ритет правосудия.

Новая Конституция Украины зафиксировала право каждого на свободу мысли, слова, убеждений. От-нак понятия "свобода прессы" осталось вне ме-ми Основного Закона, "что есть ущемлением свободы массо-вой информации" [21]. Этот факт, по сути, означает, что свобода прессы в Украине конституционно не га-ран-туеться, особенно, если учитывать выше-наз-вани об-меженные свободы слова, установленные второй части-ной статьи 34. Отдельные представители левой опо-зации рассматривают действующую Конституцию Ук-раины даже как наиболее реакционную в Европе [22].

В отличие от Основного Закона Украины, в таких государствах, как, например, США, Германия, термин "свобода прессы" учрежден в Кон-сти-туции этих стран. Даже в Конституции Тринидад-и-То-Баго гаран-тия свободы прессы отделена от га-гарантиях свободы слова и, хотя такое отделение не обнаружено в конституциях большинства стран, оно является чрезвычайно важным с точки зрения охраны прав прессы и всех граждан, что польз-ю-даются свободой прессы [23].

В статье 5 Основного Закона ФРГ записано:

"1) Каждый человек имеет право на выражение и распространение собственного мнения в устной, письменной и на-глядний форме, а также на неограниченное полу-ние информации из всех общедоступных источников. Гаран-туеться свобода прессы, а также радио-и то-левизийних сообщений. Цензура отсутствует.

2) Эти права ограничиваются общими за-Ко-положениями, законоположениями о защите мо-ло-ди и личного достоинства граждан "[24].

Такова конституционная основа свободы нет — мецькои прессы: "В отличие от свободы мнений или информации, свобода прессы в ФРГ — это больше, чем индивидуальное право (право на самозащиту) отдель-моему гражданина от государства. По мнению фе-де-рального конституционного суда, статья 5 Основного Закона защищает прессу в целом как институт, который является неотъемлемой частью демо-демократическая государства. Своим-свобода прессы в государстве от-поведает интересам не только прессы, но и всех граждан этого государства "[25].

По постановлению Конституционного суда Нимеч-чины (ФКС) даже обнародование массмедиа инфор-мации, полученной в результате нарушения обязанности хранить тайну или с помощью других неза-конных средств тоже должно быть защищено Основным Законом как право на свободу прессы. Т.е. Опры-люднення информации, полученной незаконными спо-твами по-ради интересов общества, также не может быть исключен из сво-боди прессы [26].

Парадоксально, но в отличие от ныне чин-Основного Закона Украины, где отсутствует понятие сво-боди прессы, даже Конституции СССР и УССР мес-тили его. Точнее, свобода прессы там "только лицо-мерно декларировалась" [27].

По содержанию все варианты советских кон-сти-туций — (ленинская 1918 г., сталинская 1936 г., брежневская 1977 г.) выглядели достаточно демо-демократическая. Так, глава 7 советской конституции 1977 была полностью посвящена основным пра-вам, свободам и обязанностям граждан. Статья 50 этого документа провозглашала, что в соответствии с интересами народа и в целях укроп-ления и развития социалистического строя гражданам СССР гаран-гламентируют-ся свободы: сло-ва, прессы, собраний, митингов, уличных походов и демонстраций. Она пе-ред-бачала воз-можность широ-кого распространения информации, ис-вания пре-си, телевидение и радио [28]. Статья 48 Кон-ституции советской Украины также прог-ло-шувала эти права и свободы, в том числе свободу прессы.

Как видим СССР, на первый взгляд, выглядел как "союз нерушимый республик свободных", с конституционных гарантиями свободы. Но такие нет-били демократические конституции требовались ком-пар-тийцям, "чтобы избежать лобового против-стояния из национально-освободительным движением" [29]. В со-ответствии с видо-моему ленинской тезисом о том, что декреты должны быть формой пропаганды советской власти, о-ние десятилетий в СССР здiйснювалася пiдмiна законов политическими лозунгами и декларации. В подсоветской Украине жур-налистика функционировала "как средство господства номен-клатура и окупационно-имперского режима, а не как основополагающий элемент демократического цивилизованного устройства, через которое свободный человек реализует одну из основных своих прав — право на свободу слова" [30].

Можно вполне согласиться с тем, что Кон-ституция как Основной Закон, нормативно-правовой акт высшей си-ли должна хотя бы в лапидарные форме закрепляю-вать свободу прессы, а уж законы имеют кон-кретизуваты содержание этой свободы [31].

Литература

1. Юридические аспекты деятельности журналиста в Украине. — Киев; Симферополь: IREX ProMedia Украина, 1998. — С. 3.

2. См.: Первая Конституция Украины гетмана Пилипа Орлика 1710 г. — М.: Радуга, 1994.

3. См.: Тихонова Е. А. Парламентарная республика как возможна и целесообразна форма украинской государственности / / Проблемы государственно-правовой реформы в Украине. — М.: Ин-т закон-ва Верховной Рады Украины, 1997. — Вып. 3. — С. 199-200.

4. "Ефремов С. А. История украинской литературы — К.:" Фемина ", 1995 . — С. 464.

5. См.: Гуцало Л. Украинский, или "чудака" уроки М. Драгоманова / / Говорит и показывает Украина. — 1998. — 9 апр.

6. Конституция Украинской Народной Республики / / Государственный Центр Украинской Народной Республики в изгнании / Под ред. Л.Р. Винодел, Н. Пазуняк. — Филадельфия; Киев; Вашингтон: Фонд им. С. Петлюры: Радуга: Фонд Семьи Фещенко-Чопивских, 1993. — С. 297.

7. Там же. — С. 305.

8. См.: Блюм Р. Журналистика в демократическом обществе: свобода прессы, функции прессы / / Роль масс-медиа в плюралистическом обществе / Под общ. править А.З. Москаленко. — К., 1996. — С. 14.

9. См.: Чегодаев А. Революция и искусство / / Советская культура. — 1989. — 13 июля.

10. См.: Широков А. Гласность времен Великой Французской революции / / Советская культура. — 1989. — 1 июля.

11. Москаленко А.З. Вступление в журналистике — М.: Школьник, 1997. — С. 112.

12. Руководство по вопросам свободы выражения. — М.: Информ. пресс-центр IREX ПроМедиа, 1999. — С. 25, 56.